Вокруг смерти Владимира Макея возникли слухи

Вокруг смерти Владимира Макея возникли слухи

Глава белорусского МИДа скончался подозрительно неожиданно

На 65-м году жизни скоропостижно скончался глава МИД Белоруссии Владимир Макей. До самого последнего дня он вел активную работу на своем высоком посту. В понедельник, 28 ноября, Макей должен был встретиться с министром иностранных дел России Сергеем Лавровым. Споры о причинах смерти политика стали прямым продолжением споров о его дипломатической деятельности.

Фото: Global Look Press

После окончания Венской дипломатической академии в 1993 году бывший полковник ВС СССР Владимир Макей попал на работу в белорусский МИД, где ему довелось побывать и представителем Белоруссии при Совете Европы, и послом во Франции, и даже начальником управления общеевропейского сотрудничества.

С 2000 по 2008 год Макей был помощником президента Белоруссии Александра Лукашенко. Затем он возглавил президентскую администрацию. С 2012 года Макей снова в МИД, только уже в качестве главы ведомства. Исходя из такого послужного списка, с уверенностью можно сказать, что Макей пользовался у Лукашенко  высоким доверием. Их взгляды на проведение разносторонней внешней политики Белоруссии, по крайней мере, не расходились.

Впрочем, некоторые журналисты и политологи утверждали, что Макей не просто проводник политики белорусской многовекторности, а ее непосредственный архитектор. Более того, считалось, что якобы сложившиеся прозападные взгляды дипломата, дают основание считать его основным кандидатом на роль удобного для Запада «альтернативного» белорусского лидера.

Макей действительно был сторонником развития отношений с Европой. Например, в 2019 году он выступал за преодоление противоречий между Европой и Белоруссией и «возрождение духа» хельсинкского процесса. Он последовательно выступал за сильную и единую Европу и устойчивое евразийско-атлантическое партнерство. Макей также налаживал военное сотрудничество с Великобританией, Германией, Латвией, Литвой, Польшей и США.

Но в дни протестов 2020 года глава белорусского МИД резко (что прозвучало неожиданно для многих) осудил всплеск массовых антиправительственных выступлений. «Мы категорически против любых революционных потрясений, тем более организованных извне», — заявлял тогда Макей.

Негативно высказываясь о вмешательстве Запада во внутрибелорусские дела, Макей, с одной стороны, отбросил от себя все ранее звучавшие обвинения в прозападной ориентации и якобы организации заговора против Лукашенко, с другой — ознаменовал конец эпохи балансирования между Европой и Россией.

Тем не менее работа белорусского МИД и, в частности, самого Макея вызвала недовольство Лукашенко, которого дипломаты забрасывали предложениями по контактам с США, Литвой, Латвией и другими европейскими странами. «Ничего из того, что вы мне подсовывали, не сработало. Так что это было, дезинформация?» — обращался он к белорусскому дипломатическому руководству.

Тем не менее глава МИД Белоруссии до последнего пытался достучаться до западноевропейских стран и наладить с ними диалог. Даже спустя год после белорусских протестов Макей заявлял о сохранении актуальности принципа многовекторности, но так как контактировать с Западом хотя бы в формате прошлых лет было уже невозможно, единственным направлением внешней политики Белоруссии стала интеграция с Россией.

На протяжении всех десяти лет руководства МИД Белоруссии Макей отвечал за действия Минска по сближению с Москвой в рамках Союзного государства, а также международных организаций — ЕАЗС, ОДКБ и СНГ. После начала Россией спецоперации Макей, обвинив западные страны в эскалации ситуации на Украине, однозначно поддержал союзника. «Мы не предатели!» — говорил в сентябре Макей на заседании СБ ООН. — «У нас есть союзнические обязательства, и мы твердо следуем и будем следовать духу и букве международных договоров».

По данным некоторых белорусских СМИ, Макей скончался от инфаркта у себя дома в Дроздах. Пока официальные данные о причинах столь внезапной смерти отсутствовали, были выдвинуты версии об его отравлении. Например, по одной из них, Запад имел зуб на Макея за его позицию и попытался заодно вбить клин в отношениях между союзниками. На Украине же вновь без каких-либо доказательств обвиняют во всем Россию.

Белорусский политолог Алексей Дзермант рассказал «МК», что вряд ли смерть Макея могла носить насильственный характер. «Нет никаких фактов, которые давали бы повод так утверждать. Тем более он обладал достаточной степенью охраны и безопасности. Причины его смерти естественны».

Что же касается личной роли Макея, то, по словам эксперта, внешняя политика государства всегда носит системный характер и зависит не от личностей, а от значимых событий. «События 2020 года и начало СВО в гораздо большей степени оказывают влияние, чем какая-то одна персона. Поэтому я бы не ожидал сейчас кардинальных изменений в белорусской политике после смерти главы МИДа».

Оценивая значимость Макея в отношениях Минска и Москвы, Дзермант отметил, что как и любой глава внешнеполитического ведомства, он влиял на повестку и на ход переговоров. «Это все отражалось на отношениях России и Беларуси. Но не думаю, что здесь влияли персональные качества. Речь идет о национальных интересах сторон и переговорных позициях, они играют более значимую роль».

Источник

Похожие записи